"Он мразь": бабушка сестер Хачатурян рассказала об их отце


Бабушка сестер Хачатурян Лариса Тодика рассказала КП о том, в каком кошмаре жила она последние 20 лет и о том, как узнала об убийстве отца девочек. Женщина, которая живет в Молдове, говорит, что мама боялась за дочек, а дочки – за маму. Поэтому все так случилось.





На столе в приднестровской квартире, в которой живет бабушка (по маме) троих сестер Хачатурян, корвалол и валерьянка. На стене – рамки с фотографиями дочери Аурелии, внука Сережи и внучек, которые сейчас на скамье подсудимых - Кристины, Ангелины и Марии. Вся в слезах, уставшая от стресса, который длился 20 лет и закончился кошмаром, 61-летняя Лариса рассказывает, как узнала о случившемся.



- Мне дочь в понедельник на скайп позвонила. Смотрю, она плачет. Сразу подумала, что Сережка что-то натворил. Аурелия говорит: «Мама, возьми себя в руки, ты такое услышишь, но я тебя умоляю, возьми себя в руки, ты мне нужна. Девочки убили папу». Я упала без сознания, потом услышала, как она кричала: «Мама!», - рассказывает Лариса.


Она живет в Приднестровье. Вернулась сюда из Москвы 5 лет назад. Старшего сына Андрея Лариса Тодика родила в 1977 году, Аурелию Дундук – в 1979-м. Сын учился в Духовной семинарии в селе Кицканы, Слободзейского района. А она в начале 90-х, взяв дочь, которая тогда была в 9-м классе, уехала в Москву на заработки, как это делало большинство жителей Молдовы. Работала то на стройке, то в сфере торговли. Потом сильно заболела – отказали ноги. Вызвали в Москву сына. Так и стали они жить втроем на съемной московской квартире – Лариса и дети Аурелия и Андрей, которые подняли маму на ноги.


- Тогда мы работали на рынке «Динамо». Начали в 1994 году, а это случилось в 1996 году. Аурике (сокращенное имя от Аурелии – прим. авт.) было тогда 17 лет. Проезжает мимо «Мерседес», и он такой - моей дочери, пальцем поманил, мол, иди сюда. А я ему: «Давай-давай, прочь отсюда!», махнув рукой. Но он начал просить: «Ну, пожалуйста, я вас видел». Оказалось, что мы живем рядом. Я потом говорю: «Ладно, я так устала, что только языком могу шевелить, поедем». Дочка села спереди, я – сзади. Разговорились. Он говорил, что он большой человек и может помочь, если нам надо. Дал номер телефона, тогда сотовых у нас еще не было, - рассказывает Лариса. - Пожаловалась ему на то, что меня обманули, когда я из Молдовы в Москву привезла тонну яблок.


«Я во всем виновата»


- Получается, он вошел к вам доверие?


- Да нет. Он мне с самого начала не нравился. Я говорила дочке, что он ей не нужен, взгляд у него такой нехороший. Но это я виновата во всем. Как-то я вошла в ванную и увидела, что Аурелия сильно округлилась. Я начала дрожать, девочке 17 лет! Позвонила ему и говорю: «Ты знаешь?!» А он говорит: «Ничего не знаю». Я ему сказала: «Будь ты проклят!». Вот он и проклят… Потом, спустя какое-то время она мне рассказывала, что он ее брал силой с самого начала, бил.



- И родился Сережа…


- Да, она родила Сережу, мы встретили ее из роддома вместе с Михаилом и всей его родней. Аурелия с ним тогда еще не жила, мы жили в нашей съемной квартире. Я накрыла на стол, отпраздновали, потом Михаил с родней уехали, а мы остались с ребенком. За квартиру он платил, за питание тоже. Но уже тогда он ее бил и издевался. А она скрывала от меня, потому что боялась его. Так мы жили год, а потом он их забрал в свой «табун». В его квартире жила вся его родня.



- И как складывалась там жизнь?


- Жизнь? Мучения! Она скрывала от меня это, но я все чувствовала. Я не могла ей звонить, все было на прослушке. Мы очень редко общались. К тому времени мы переехали в другую квартиру. Он пришел с угрозами, что сожжет квартиру, которую мы снимали.



- Почему? У вас уже был конфликт?


- Да. Он хотел, чтобы мы оставались все дураками, хотел, чтобы мы его боялись, а я не боялась. Он не разрешал ей делать аборты, чтобы получить квартиру! Она получила квартиру за детей, а он оформил все на себя! Сразу это сделал.


Я это говорю не для того, чтобы защитить своих девочек, а потому что это так – он мразь. И он никогда не был нормальным. Почему, раз все они были плохими, он не выгнал всех? Потому что хотел издеваться над девочками! Он маньяк, маньяк с пеленок! Кстати, он наркотики не употреблял, не пил, всегда себя берег! По санаториям ездил, говорил, что больной. А моя дочка четверых родила, одного за другим, и он ни разу не сказал: «иди в санаторий!». Дочка мне говорила, что вырастит дочек и больше не сможет так жить. Они ей даже поесть нормально не давали: поди, принеси!


«Кристина говорит «угу-угу», как я могу ее бросить?!»


- Я когда приеду в Москву, пойду в больницу, где она когда-то лежала черная, избитая, возьму документы. Кристине, старшей девочке, тогда было 2 месяца. Я сказала Аурике: «Оставь детей, убеги!» А она мне: «Мама, как я могу их оставить? Кристина говорит «угу,угу», я не могу бросить детей!».



- Но 10 лет назад Аурелия все же приехала в Молдову?


- Да, но не надолго. Она приехала с Сережей и все время плакала по девочкам. Вскоре уехала, вернулась к нему из-за детей.


- А Михаил сюда, в Молдову, когда-то приезжал?


- Нет, что вы! Вся его родня знает нас, а моя родня – не знает никого. Он никому не разрешал приходить или встречаться. Подпольно к Аурелии раз пришла моя кума и моя подруга. Он называл меня проституткой, моего сына – другим плохим словом.


Он бандитом был настоящим. Оружие, наркотики. Он занимался этим! Я лично, лично видела как он передавал наркотики! Работы у него не было.



- Было хоть что-то хорошее в их жизни? Может, праздники, гости…


- Только показушное. Все напоказ! В кафешках, на свадьбах, днях рождения все мужики говорили только про криминал. Он маньяк, пусть меня услышит весь мир!


- Почему он так плохо относился к сыну Сереже? Он к девочкам лучше относился?


- К девочкам лучше относился, может, он педофил, не знаю! Он хотел быть царем в доме, к Сереже всегда плохо относился. Он в 16 лет ушел из дома, а до этого и на лестничной площадке спал и так далее. Когда они уезжали в Израиль, и я оставалась с детьми, они мне говорили: «ба, папа нам никогда ничего нормально не рассказывает, не объясняет, всегда только ругань».



- А почему он в школу девочек не пускал?


- Чтобы синяков их не видели, думаю. Их даже Яна Рудковская хотела взять в шоу-бизнес, они девочки талантливые. Но он не разрешил, а старшую, Кристину, забрал из медицинского, якобы чтобы ребята не приставали.


- Почему они с Аурелией официально не были расписаны?


- А как квартиру тогда делить? Повенчались, даже я не знала, меня не звали. С религией у него тоже показуха всегда была. Входит в церковь, кидает деньги… А в Иерусалиме как-то так обматерил мою дочь, что его полиция задержала. Это, называется, он верит в бога? Мой сын как-то подарил ему вышитую дорогую икону, а он ее выбросил.


- Кстати, ваш сын, дядя девочек, ведь в Москве живет. Общался с ними?


- Очень редко. Мы же – никто…Мы раз были в Ереване, когда Кристине год исполнился. Михаил кричал на Аурику: «Принеси быстро шампанское! Ты че, дура, не могла открыть?!» А его дядя встал и сказал: «Как тебе не стыдно? Она 4 детей родила, а ты так относишься к женщине».


- А с мамой Михаила вы когда-то в спокойной обстановке беседовали?


- С кем говорить? Одни проклятия из ее рта. И жадная ужасно. В Ереване видела, как она разрезала матрас полный с деньгами. Им все мало было! Еще, еще!


- Вы обращались куда-то, когда вашу дочь избивали?


- Да, я обращалась к участковым. У меня сохранились даже бумаги, покажу вам. Но они говорили, что не могут ничего против него сделать. Была в Тимерязовской прокуратуре. Жаловалась, а мне говорили оставить их в покое. Наверное, денег сунул.


- Когда вы видели девочек в последний раз?


- Лет 6 назад. В подъездах прятались. А по скайпу говорили в феврале. Аурелия уже вернулась в Москву, и они мне позвонили. Я так переволновалась от радости, а девочки мне говорили: «Ба, успокойся!». Они очень меня любят.


- Когда вы жили в Москве, как часто с ними встречались?


- Редко. Они боялись. В подъезде видеокамеры. Прятались в чужих подъездах, в Макдональдсе были вместе. Я приходила к ним, когда он в церковь по воскресеньям ходил, узнавала время, и когда в Израиль уезжал.



Мама боялась за девочек, девочки – за маму


- Как вы думаете, почему они не пытались бежать раз так ужасно все было?


- Он угрожал им мамой. Говорил, что убьет ее. И они говорили ей лучше уйти. Видите, получается, она боялась за их судьбу, а они – за ее. Они все видели, как он над ней издевался.


- Три года назад она снова приехала в Молдову и опять уехала?


- Приехала, да. Год ухаживала за стариком в Бендерах. И всегда хотела к девочкам. По телефону с ними не могла общаться. По скайпу за год только раз смогла. Плакала каждую ночь, просила меня убрать фотографии девочек.


Сергея сейчас, наверное, тоже обрабатывает семья Михаила. Я ему звонила по скайпу, не отвечает. Наверное, угрожают.


- Расскажите, какие по характеру Кристина, Ангелина и Мария?


- Они спокойные все, с добрым сердцем. Я приходила к ним, приносила угощения, а они говорили: «Ба, не надо, ты и так работаешь много, не надо у нас есть».


Я жалею, что не настояла, чтобы мы пошли на «Пусть говорят». Я хотела, чтобы они рассказали обо всех издевательствах, а Аурика говорила, что девочки боятся, стесняются, что все их увидят. И вот, сейчас все увидели…


- Они в Молдове когда-то были?


- Нет, ни разу. Не позволил.


Я поеду в Москву, буду собирать доказательства! Все продам дачу, квартиру, в монастырь уйду, лишь бы спасти моих девчонок!